Биография

Ольга Мичи – фотохудожник, почетный академик Российской академии художеств, работающая в области современного цифрового искусства. Автор идеи создания кинематографических проектов. В своем творчестве Ольга следует традициям западноевропейского искусства, в особенности творческого подхода мастеров дюссельдорфской школы фотоискусства. Произведения Мичи затрагивают широкий круг тем, которые посвящены как актуальным проблемам современной жизни, так и глубоким философским вопросам. В основе художественных проектов Мичи лежат фотографические изображения, которые проходят множество этапов творческой, концептуальной и технической обработки, чтобы стать законченными произведениями искусства, которые образуют тематические серии.

Выставки

2024

  • «Искусство реальности». 3ая Санкт-Петербургская ярмарка современного искусства «1703». Россия (групповая выставка)
  • «Жилище будущего». 2ая ярмарка современного искусства |catalog|. Москва. Россия (групповая выставка)
  • «Род человеческий». Центр визуальной культуры Béton. Москва. Россия (персональная выставка)

2023

  • «Уязвимые», «Лицо божества», «Жилище будущего». 1ая ярмарка современного искусства |catalog|. Москва. Россия (групповая выставка)
  • «БИОХАКИНГ. Человек-машина». Галерея Краснохолмская. Москва. (групповая выставка)
  • «Жилище будущего». Мраморный дворец Русского Музея. Санкт-Петербург. Россия (персональная выставка)
  • «Фотомонтаж. Исправленная реальность». Культурный центр «Эрмитаж – Урал» Екатеринбург. (групповая выставка)
  • «Жилище будущего». Центр визуальной культуры Béton. Москва. Россия (персональная выставка)
  • «Лицо божества». БУК Вологодской области «Вологодский государственный музей-заповедник». Вологда (персональная выставка)
  • «Перевернутое сафари. Современное искусство Африки». ЦВЗ «Манеж». Санкт-Петербург (групповая выставка)
  • «Уязвимые». Дальневосточный художественный музей. Хабаровск (персональная выставка)
  • «Лицо божества». Дальневосточный художественный музей. Хабаровск (персональная выставка)
  • «Жилище будущего». 2ая Санкт-Петербургская ярмарка современного искусства «1703». Россия (групповая выставка)
  • «Лицо божества». Культурный центр «Пакгаузы». Нижний Новгород (персональная выставка)


2021/2022:

  • «Уязвимые». Мордовский музей имени С.Д. Эрьзи. Республики Мордовия. Саранск (персональная выставка)
  • «Жилище будущего». Галерея современного искусства Государственного музея изобразительных искусств Республики Татарстан. Казань (персональная выставка)
  • «Фотомонтаж. Исправленная правда» Центр визуальной культуры Béton. Москва. Россия (групповая выставка)
  • «The Face» Международная выставка фотографии. Владивосток. Россия (групповая выставка)
  • «Выбор пути». Новосибирский государственный художественный музей. Новосибирск. Россия (персональная выставка)
  • «Жилище будущего». Санкт-Петербургская ярмарка современного искусства «1703». Россия (групповая выставка)
  • «Уязвимые». Екатеринбургский музей изобразительных искусств. Екатеринбург. Россия. (персональная выставка)
  • «Уязвимые. Азиатский дневник» Государственный музей Востока. Москва. Россия. (персональная выставка)
  • «Лица божества». Галерея современного искусства Государственного музея изобразительных искусств Республики Татарстан. Казань (персональная выставка)
  • «Уязвимые». Галерея современного искусства Государственного музея изобразительных искусств Республики Татарстан. Казань (персональная выставка)
  • «Уязвимые». Самарский областной художественный музея. Самара. Россия. (персональная выставка)
  • «Уязвимые». The Photo Gallery Paffrath, Дюссельдорф, Германия. (персональная выставка)
  • «Жилище будущего». Международное биеннале «Искусство Будущего», Мультимедиа Арт Музей, Музей «Московский Дом фотографии». Москва. Россия. (групповая выставка)

2021 г.
  • «Жилище будущего». IV Международный интерактивный фестиваль современного искусства ARTLIFE. Москва. Россия.
  • «Уязвимые». Белая галерея. Новосибирск. Россия. (персональная выставка)
  • «Уязвимые», «Лицо божества». Национальный музей искусства и фотографии. Действующая модель. Ольга Мичи, AES+F, Константин Худяков, Франсиско Инфанте, Олег Доу, Валерий Кацуба. Москва. Россия. (групповая выставка)
  • «Лицо божества». Главный Штаб. Государственный Эрмитаж. Санкт-Петербург. Россия. (персональная выставка)
  • «Уязвимые. Африканский дневник». Государственный музей Востока. Москва. Россия. (персональная выставка)
  • «Уязвимые». Галерея Immagis Fine Art Photography, Мюнхен, Германия. (персональная выставка)
  • «Уязвимые». Центральный выставочный зал «Манеж». Xll Московская международная биеннале моды и стиля в фотографии. Мультимедиа Арт Музей, Музей «Московский Дом фотографии». Москва. Россия.
  • «Лицо божества». Международный центр искусств «Главный проспект» .Екатеринбург. Россия. (персональная выставка)

2020 г.
  • «Уязвимые», «Лицо божества». Международная художественная ярмарка Cosmoscow. Москва. Россия

Фильмография

  • 2015 – Фильм-интервью «Мир Мичи. Следуя за мечтой». Показ в течение персональной выставки «Мир Мичи. Следуя за мечтой».
  • 2016 – Документальный фильм «Massai: From Sand to Snow» совместно с Russian Today
  • 2015-16 – Автор идеи и ведущая серии программы с общем название «Экстремальный фотограф» на телеканале «Живая Планета». Россия.
  • 2016 – Документальный фильм «Small People Big Trees»
Показы на фестивалях документального кино:
    • Победитель 25-го международного фестиваля Hot Springs Documentary Film Festival (Hot Springs, USA)
    • Победитель 42-го международного кинофестиваля EKOFILM (Чехия)
    • Победитель Nevada Film Festival (Las Vegas)
    • Обладатель Диплома Жюри международного кинофестиваля «СТАЛКЕР» (Москва)
    • Стал четверть финалистом Guangzhou International Documentary Film Festival (China)
    • Финалист конкурсной̆ программы международного кинофестиваля ARTDOCFEST
    • Участник внеконкурсноӗ программы международного кинофестиваля Kuala Lumpur Eco Film Festival (Kuala-Lumpur, Malaysia)
    • Участник конкурсной̆ программы (official selection) международного кинофестиваля PORTLAND ECOFILM FESTIVAL 2016 (Portland, USA)
    • Финалист American Documentary Film Festival 2017 (Palm Springs, USA)
    • Участник конкурсной программы Peloponnese Documentary Film Festival 2017 (Kalamata, Greece)
    • Участник кинофестиваля Ethnografilm 2017 (France, Paris)
    • Участник конкурсной̆ программы Rapid Lion Internationa Film Festival (Capetown, South Africa)
    • Победитель кинофестиваля Natur Vision Film Festival (Germany, Ludwigsburg)
    • Участник конкурсной программы Godollo International Film Festival (Hungary)
    • Финалист конкурсной программы Ekotop International Film Festival (Slovenia)
    • Победитель Baikal International Film Festival (Russia)
    • Победитель International Film Festival of Red Cross and Health (Bulgaria)

Показы на ТВ

    • 2020 – HD Life. Россия.
    • 2020 – Телеканал «Культура». Россия.
  • 2016 – Фильм закрытия телефестиваля "Человек и море-2016" - "Вселенная. Ольга Мичи"
  • 2017 – Член жюри 3-го международного фестиваля документально кино Докер
  • 2017 – Член жюри 13-го фестиваля телевизионных программ и морской документалистики "Человек и море"
  • 2018 – Член жюри 14-го фестиваля телевизионных программ и морской документалистики "Человек и море"
  • 2018 – Документальный фильм «Missing Girls»

Показы на фестивалях документального кино:

    • Участник международной̆ программы DOCSMX 2018 (Мексика)
    • Участник международной̆ программы ArtDocFest 2018 (Россия) Участник
    • Международной̆ программы Sputnik nad Polska 2018 (Польша)
    • Специальный показ фестиваля Doker 2018 (Россия)
    • Фильм номинант Лучший̆ неигровой̆ фильм «Лавровая ветвь» 2018 (Россия)

  • 2019 – Член жюри международной кинопремии «Золотой Единорог»
  • 2021 – Документальный фильм «Мой друг Йети»

Показы на фестивалях документального кино:

    • Участник Moscow International Documentary Film Festival 2021 (Москва, Россия)
    • Участник Международного кинофестиваля Саратовские страдания 2021 (Саратов, Россия)
    • Участник Российского кинофестиваля документального кино «Россия» 2021 (Екатеринбург, Россия)
  • 2021 – Документальный фильм «Оторванные»
Показы на фестивалях документального кино:
    • Гран-при, Приз лучший полнометражный фильм и лучшая операторская работа Шестого Арктического международного кинофестиваля "Золотой Ворон". Анадырь. Россия
    • Гран-при, Приз лучшее документальное кино XXV Всероссийского Шукшинского кинофестиваля. Алтай. Россия.
    • Главный приз конкурс неигровых полнометражных фильмов Международного кинофестиваль «Свой путь». Уфа. Россия
    • Приз зрительских симпатий Первого международный кинофестиваля дебютов Евразийского континента «Одна шестая». Екатеринбург. Россия
    • Приз СМИ-ЖЮРИ Байкальского международного кинофестиваля «Человек и природа». Иркутск. Россия
    • Победителем в номинации «Best Eurasian Documentary Film» на Eurasian Creative Guild Film Festival. Великобритания.
    • Диплом-специальное упоминание за вклад в нематериальное культурное наследие International Festival of Ethnological Film. Белград. Сербия
    • Третья премия в номинации «Лучшее документальное кино» XIХ Международного благотворительного кинофестиваля «Лучезарный Ангел». Москва. Россия
    • Диплом «За художественное воплощение проблемы сохранения национальных корней» XV Международного кинофестиваля "Соль земли". Самара. Россия
    • Специальное упоминание Медиажюри VII Международного кинофестиваля Arctic Open. Архангельск. Россия
    • Почетное упоминание в конкурсе на лучший фильм на кинофестивале Archaeology Channel. США
    • Почетное упоминание за повествование на кинофестивале Archaeology Channel. США
    • Почетное упоминание за сценарий на кинофестивале Archaeology Channel. США
    • Почетное упоминание за музыку на кинофестивале Archaeology Channel. США
    • Номинант Лучший дебютный фильм «Лавровая ветвь» 2022. Москва. Россия
    • Участник Международного фестиваля документального кино «Флаэртиана». Пермь. Россия
    • Участник Национального кинофестиваля «Окно в Европу». Выборг. Россия
    • Участник Международного кинофестиваля «ЛАМПА». Пермь. Россия
    • Участник Family Film Project. Порто. Португалия
    • Участник Второго Международногокинофестиваля «Форма Жизни». Пермь. России
    • Участник Открытого фестиваля документального кино «Россия» 2022. Екатеринбург. Россия
    • Участник Международного телекинофестиваля документальной мелодрамы «Саратовские страдания». Саратов. Россия
    • Участник XIV Всероссийского кинофестиваля, посвященного укреплению межнационального единства народов Российской Федерации «Человек, познающий мир». Симферополь. Россия
    • Участник Международного фестиваля «Разумный кинематограф». Москва. Россия
    • Участник EthnoKino Film Festival. Бёрн. Швейцария
    • Участник XXVIII Международного фестиваля фильмов о правах человека «Сталкер». Москва. Россия
    • Участник Big Sky Documentary Film Festival. USA
    • Участник The Archaeology Channel International Film Festival. USA
    • Участник Peloponnese International Documentary Festival. Greece
    • Номинант на соискание Премии в области неигрового кино «Золотая Свеча» в категории «Лучший полнометражный неигровой фильм». Москва. Россия
  • 2022 - Член жюри фотографического конкурса «Самая красивая страна»
  • 2024 – Документальный фильм «Последний постмодернист. Андрей Чежин»


Работы художника в коллекциях музеев

  • Музей Людвига в Русском музее. Санкт-Петербург. Россия
  • Центр визуальной культуры Béton. Москва. Россия
  • Мультимедиа Арт Музей, Музей «Московский Дом фотографии». Москва. Россия
  • Фонд ETHNOS KALOS. Германия.

Александр Боровский об Ольги Мичи:


Творческое становление Ольги Мичи оказалось удивительно насыщенным. За десять лет она успела поработать фотокорреспондентом ТАСС, в качестве телеведущей реализовать авторский проект «Экстремальный фотограф», стать заметным профильным блогером, проявить себя в travel–фотографии, подготовив несколько масштабных выставок, снять ряд документальных фильмов, заняться издательским делом, создать Центр визуальной культуры «Бетон» и провести в нём несколько важных кураторских проектов.

При этом все направления её деятельности оказались успешными: блог оброс неравнодушной аудиторией, фотовыставки прокатаны по нескольким важным музеям, фильмы удостоены наград, вокруг «Бетона» сосредоточилась публика, заинтересованная визуальными искусствами.

Для такой плотной, концентрированной самореализации нужны не только традиционные личностные и творческие качества. Есть моменты сугубо современные, связанные с логистикой, технологической оснащённостью, коммуникативными практиками, навыками арт-производства.

И что-то ещё, моменты, трудно поддающиеся вербализации. Всё же попробую. Ведь именно они способствуют переходу О. Мичи, добившейся многого в описанных выше сферах деятельности, в новую ипостась: в пространство современного искусства.

Вообще, подобный переход – дело достаточно редкое. Он требует преодоления профессиональных стереотипов.

Одна из наиболее известных выставок Ольги Мичи называется «Уязвимые». По контрасту саму Ольгу Мичи, в её творческом качестве, я бы назвал неуязвимой. Дело не только в том, что, работая в, так сказать, экстремальном поле, она пережила массу опасных моментов: «разруливание» неожиданного конфликта с вождём папуасского племени короваев, пребывание в чащах Гватемалы, съёмки нильских крокодилов в их натуральной среде требуют определённых качеств характера. Но ещё важнее вот что. Формат, условно говоря, «путешествий и приключений» налагает определенные жанровые требования. От военного журналиста не ждут философских обобщений. От фотодокументалиста – рецепции способов визуальной репрезентации. Мастера street photography и фотографы-пейзажисты различаются не только предметом, но и языковыми, выразительными средствами.

Соответственно, в профессиональной фотожурналистике наработаны и определённые жанровые подходы. Конечно, это не тривиальные ракурсы и выгодные зрелищные ситуации, современная оптика скрадывает «общие места». Но профессиональные стереотипы, что уж тут говорить, есть.

Так вот, О. Мичи оказалась на удивление неуязвимой по отношению к стереотипам этнографического фотовидения. К тому, что можно назвать «правилами съёмки»: ухваченность событийного, географического, этнографического, этнического рядов, композиционные, технические и прочие наработки. Это видно уже по её документальным фильмам. О. Мичи осмысленно работает с различными жанровыми установками: документально-этнографической, сюжетно-повествовательной и др. Так, в фильме «В тени больших деревьев» уникальный этнографический ряд: жизнь отдалённой пигмейской деревни, промыслы, архаические способы добывания пропитания. Не без леви-строссовского культурно-антропологического акцента: мифология, символический обмен, магические практики и прочее. И на этом экзотическом фоне разыгрывается какая-то почти чаплинская трагикомедия – отец семьи, удручённый «новыми временами», непутёвый сын, увлечённый поп-музыкой из радиоприёмника, символа вмешательства современной цивилизации. Не столько этнографическая, сколько человеческая история. Прямо по Г. Фалладе – «Куда же дальше, маленький человек»… Словом, по тому, как О. Мичи усложняет задачи в документальном фильме, можно судить о том, что она готова преодолеть жанровые рамки в фотографии. Условно говоря, с её опытом, укладывающимся в пространство World Press Photo, перейти в пространство contemporary art. Это, как уже говорилось, непростой переход.

Попробую остановиться на нескольких его моментах.

«Уязвимые» (выставка и альбом Vulnerable, напечатанный издательством teNeues) – это десятки дигитальных фотографий, разделённых на три темы: африканские племена, народы Юго-Восточной Азии, жители Чукотки. Художник так описывает задачи, которые стремится поставить: «Зритель оказывается в эпицентре глобальной проблемы выбора между прошлым и будущим, разобщённостью и единством, многообразием и унификацией. Уязвимыми в этой сложной ситуации оказываются не только находящиеся в меньшинстве герои работ, но и зрители проекта, которые так или иначе также, пускай и не всегда осознанно, вносят свой вклад в выбор между тем, что именно сохранить, а чем пожертвовать». Всё это верно, более того, зритель уязвим, как мне представляется, и собственным положением: принадлежностью к более или менее благополучному большинству с его чисто ситуативным, временным и необязательным (буквально вынужденным политкорректностью и усилиями художника) обращением к теме коренных народов.

Но меня здесь интересует в данном случае не столько этот социальный месседж, сколько собственно художественная сторона.

Возьмем только одну часть – «Африканский дневник»: образы этносов современной Восточной Африки. Конечно, здесь силён этнографический план: коль скоро художник взялся за такой редкий натурный материал, он не может обойти вниманием антропологическую специфику, артефакты, которыми украшают себя племена мурси, хамар, сурма, даасенач и т. д.

Клод Леви-Стросс считал роспись лица в туземном мышлении процессом воссоздания скрытого, наделением социальной значимостью, выражением человеческого достоинства, душевных качеств и т. д. Всё это в портретных образах О. Мичи доступно считыванию и интерпретациям.

Но посмотрим на них с точки зрения contemporary: помимо указанной проблематики, здесь явно присутствует сверхзадача – актуализация отношений телесности и искусственности (проектности, сфабрикованности и т. п.). Не менее интересна медиальная основа. Фотография, как медиум с экспериментов 1920-х гг., охотно выходила за свои границы, акцентируя предметность, «новую вещественность». Здесь всегда присутствовал момент опытности, поставленности. Но герои Мичи абсолютно естественно вплетают в причёски, скажем, початки маиса или гроздья ягод, в качестве атрибутов добавляют в свой облик различные объекты: кости животных, какие-то неожиданные предметы машинного производства. Как я понимаю, всё это – выбор самих «портретируемых»: каждый вышел на съёмку в раскраске, которую выбрал, и приносил на съёмку те атрибуты, которые считал важными.

За этим – наивная надежда на контактность: предъявление предметов из мира пришельцев, или, наоборот, колючесть, защитные реакции на это вмешательство, – всё это можно интерпретировать. Но главное – фотомедиум естественно вбирает возможности апперцепции: работает не только изобразительное, но и тактильное начало. Более того, этнографическая фотография у Мичи приобретает излюбленные contemporary свойства апроприировать элементы «чужого» изобразительного языка. Так, в уже упомянутой выше практике портретуры с внедрением в облик предметов растительного мира видятся образы Арчимбольдо, с их взаимопроникновением анатомического и флориального. А в женской раскраске (макияже) пуантелью по белильному фону ощутим психоделический гороховый орнамент («сетка бесконечности») Яёи Кусама.

Цифровая ретушь – «дигитальная ворожба» Мичи – явно осознанный приём современного искусства.

Серия «Уязвимые» переходна. Выставка «Жилище будущего» (коллектив ГрОМ – О. Мичи совместно с искусствоведами А. и А. Логиновыми) уже целиком принадлежит художественному мышлению сontemporary art.

…Архитектурно-футуристическая тема – одна из самых излюбленных в русском искусстве. Она – со времён архитектурно-социальных утопий Н. Чернышевского – вбирала в себя идеи позитивного, гармоничного жизнестроительства. Здесь существует мощная традиция: от романтически глобалистского размаха К. Малевича, В. Хлебникова, Н. Ладовского, ВХУТЕМАСовцев до скромных, но реальных попыток создания прогрессивного социального жилья – рабочих городков 1920-х и т.д. Почти в каждом поколении в представления о жилище будущего вводятся новые параметры, меняются и хронологические рамки самого будущего: от ближнего, рукой подать, до отдалённой перспективы.

Скажу прямо: проект – не про архитектуру, он не стремится соперничать с постоянно прибывающими в коллективную копилку архитектурной футурологии концептами.

Проект представляет собой серию большеформатных (1,8 х 3 метра) цифровых картин. Станковый формат имеет двойное значение. Это отсылка к картинности классического толка, подразумевающей системные виды организации пространства, с намеком на классическую перспективу (отходы от неё и разного рода сбои сразу же считываются и имеют содержательный характер). Он же даёт параметры не какого-либо сложного архитектурного формообразования, а типологичного функционального пространства: что-то, конечно, меняется, но остаются, хотя бы мысленно, основные параметры прямоугольного объёма, ширина и высота которого константны, а вот глубина – неопределённая, «плывущая» и требующая зрительной объективизации. Кстати, в этой простой геометрии «входа» в пространство есть и расчёт на возможное введение дополненной реальности – портала (механики, при которой появляется пространство в режиме 360°).

В любом случае основная идея: заполнение, приспособление под функцию, «начинка» (никаких капсул, биоформ, других фантазийных архитектурных предложений). Видимо, в этой стандартности – нежелание отвлекать от главной темы.

Кстати, и функция, назначение жилища будущего тоже типологичны. Библиотека, оранжерея, спортзал, офис, какой-то машинный зал, даже технологический подвал. При всех научно-фантастических придумках они не намного отличаются от традиционных. Есть, конечно, и примеры, когда авторы в большей степени дают волю воображению: например, хорошо придуманный зоопарк. Или – оранжерея в фиолетовом цветении. Есть даже техно-версия босховских фантасмагорий, разыгранная с помощью робототехники. Но в целом всё более или менее узнаваемо, приближено к текущей реальности. Есть даже в предметном мире будущего объекты, стандартные и на сегодняшний день. Например, безликие офисные стулья или качалки для спортзала. Зачем их «берут в будущее»? Возможны толкования, но мне кажется, что они важны авторам как зрительный стандарт. Обыденный. Потому что есть и другой стандарт – возвышенный. Это уже эталон – но не обычной жизни, а творчества, опережающего время, символ «будетлянства». Таковым является «Памятник III Коммунистического интернационала» В. Татлина, представленный во всех видах прогнозируемого «жилища». Именно его, согласно стэйтменту авторов, «человечество заберёт с собой в неизведанные доселе края». Выбор понятен: татлинская башня остаётся постоянным объектом преклонения и интерпретаций в современном искусстве (Шерри Ливайн, Дэн Флавин, Ай Вэйвэй и др.).

И тут авторы, как мне представляется, избегают отвлекать внимание экстравагантными решениями. Думаю, они намеренно снижают градус изобретательства. Тем более что зрители, особенно молодёжь, на которую, полагаю, в первую очередь нацелен проект, избалованы безудержными экспериментами в сфере инореальности, реализованными кинофантастикой. Так чему же посвящён проект?

Тут не обойтись без краткого очерка тенденции в современном искусстве, которую принято обозначать как deadpan photography. Перевод «бесстрастная», «внеэмоциональная» более подходит к портретному жанру: модель снимается как она есть, as it is, без попыток «быть в образе». Автор не заостряет характеристику, не форсирует психологизм, не включает постановочность. В большеформатных пейзажных или урбанистических принтах А. Гурски, Л. Бальса, Ж. Хаззинк, чаще всего совмещающих традиционную и современную технологии – большеформатные камеры и дигитальную «оркестровку», смысл deadpan расширяется. Бесстрастность имеет оттенок объективности, по выражению Ш. Коттон, автора известной монографии «Фотография как современное искусство» (Ch. Cotton. «The Photograph as Contemporary Art»), – всевидения. Художник создает некую визуальную платформу, с которой реальность воспринимается эпически, с полнотой, недоступной индивидуальным точке зрения и точке съёмки. Это поэтика противостояла индивидуалистской и экспрессивной позиции фотоискусства 1980-х. Зритель в контексте всевидения погружается в визуальную реальность, подчиняющуюся дисциплине панорамного видения и дигитально сфабрикованную из множества отдельных фрагментов. Коттон создала, на мой взгляд, удачный образ подобного восприятия, уподобив его позиции дирижёра, видящего оркестр в целом и управляющего вступлением той или иной группы (теми или иными составляющими визуального целого).

Серия «Жилище будущего» имеет черты deadpan – и в плане поэтики, и в плане технологии. Уже говорилось о том, что авторы избегают отвлекать (интриговать, пугать) внимание зрителя конкретными техно-трюками и фантазмами. Бесстрастность по типу deadpan в данном случае – эпичность. Ничто не должно мешать апперцепции (согласно словарям, «процессу, в результате которого элементы сознания становятся ясными и отчётливыми»).

Изображения, даже прогностические, должны восприниматься как данность.

Инореальность образов жилища будущего убедительна. Она может быть разной, но в каждом случае – возможной, объективной, не зависящей от настроений и ожиданий зрителя и художника. И когда она населена антропоморфной кибертолпой – снующей, летящей, мельтешащей. И когда она предстаёт в образе странного функционального пространства с архаическими трубами и невиданными коммуникациями. Что ж, у жилища будущего тоже есть свой технологический подвал.

«Начинка» каждого принта – не научно-фантастическое техно, а сама визуальность, оптичность, то есть навигация в предлагаемом пространстве. Тут играет особую роль третье измерение. В одних картинах пространство жилища фиксировано задним планом, в других этот план подвижен, иллюзорен: он всё время отодвигается, увлекая глаз и сознание зрителя.

Ш. Коттон сравнила восприятие монументальных дигитализированных образов (имея в виду А. Гурски) с дирижированием. У меня есть свой образ визуальности этого проекта: женщина рассматривает ленту материи на просвет, зрительно определяя качество, фактуру, рисунок, отсутствие изъянов и т. д. Рулон разворачивается, ему нет конца. Примерно так предстаёт процессуальность восприятия и в этом проекте: бесконечная визуальная ткань растягивается, не зная пределов.

У О. Мандельштама есть образ – «вооружённый зреньем». Думаю, назначение выставки «Жилище будущего» – вооружить зрение аудитории современного искусства, в особенности –молодёжной, новым опытом видения и визуализации.