Наедине с речным монстром

...Предыстория. 

В декабре прошлого года морозным вечером я пряталась от московской суеты дома. Я обожаю, равно так же, как и не люблю, большие города, дающие огромные возможности и всегда требующие слишком много взамен. Жизнь в них не затихает ни на мгновение: люди, бесконечно бегущие куда-то, гул дорог — словно громадный улей в голове, под ногами система бесконечных туннелей, опоясывающая вечно сверкающий город. Даже небо, расчерченное причудливыми узорами от жизнедеятельности авиации, отбирает последнюю надежду на частичку простора и тишины. Как же не хватает среди всей этой суеты тишины и свободы, как же сложно здесь волевым решением вернуться к жизни без телефона и прочей бытовой техники, создающей бесконечные шумы и помехи! Так хочется открыть окно, и чтобы там — воздух, такой опьяняющий, чистый воздух, и птицы поют, там бездонное небо, голубое-голубое и принадлежащее только тебе одному. Хочется туда, где нет телевидения, показывающего большую часть времени ненастоящую, надуманную жизнь и вовлекающего в хитросплетения чужого ума. Хочется туда, где только ты наедине с самим собой и со своими желаниями в поисках душевного спокойствия и гармонии. Я все чаще сбегаю за город, где в саду, посаженном мною, благоухают розы, а на скамейке лежит томик, наполненный очередными приключениями на лоне Африки или же в дебрях Амазонии. А в холодное время года, когда розы мирно спят под снежным сугробом, заранее заботливо укутанные в лапник, словно в пуховое одеяло, я нахожу свою отдушину в передачах канала Animal Planet.

Это просто удивительно, насколько близка и далека может быть Африка. Раньше, когда я еще не была знакома с Черным континентом, казалась, что это совершенно другой мир, такой чужой, дикий и опасный. Но сейчас, совершив туда не один десяток перелетов, посетив множество стран и познакомившись со многими известными фотографами и учеными, работающими на африканской земле, я и сама стала ощущать себя частью этого уникального мира.

Вот на экране «Беар» Гриллс учит выживать в танзанийской саванне. Забавно. Интересно, долго ли он смог бы там продержаться без целой команды, стоящей за кадром? Поверьте мне, это абсолютно не здорово бродить в одиночестве по степям, наполненным африканскими клещами, укусы которых вызывают высокую температуру. А если учесть, что им «в помощь» армия насекомых отправила злую муху цеце, укус которой как минимум очень болезненный? И если и этого будет мало, то велика вероятность познакомиться с малярийным комаром, не говоря уже о других паразитах, живущих в воде и мясе диких животных. Не стоит забывать и об опасности встречи с хищниками, крупным рогатым скотом, слонами, змеями и браконьерами.

А вот показывают заповедник Шамвари, фильм об уникальном месте и тяжелой повседневной работе по сохранению хрупкой экосистемы заповедника. Вообще, в Африке очень много программ по защите животных. Одна из самых крупных — по сохранению и восстановлению популяции носорогов. За последнее время браконьеры практически уничтожили этих животных в ряде центральноафриканских стран. Многие мои друзья участвуют в различных проектах, призванных сохранить и восстановить численность этих мощных и прекрасных животных.

Но в тот вечер показывали что-то совершенно новое и дерзкое, что мгновенно привлекло мое внимание: отважный ученный бросал вызов хищной «королеве морей и океанов». Он был один на один с большой белой акулой, без какой-либо защиты и клетки! Нос к носу, глаза в глаза! Да еще и посмел оседлать громадную хищницу, как ручного дельфина! Моему восторгу, удивлению и преклонению перед храбрецом не было предела. А звали пожилого героя Амос Нахум. 

Мне понадобилось некоторое время, чтобы найти этого ученого, и, в конце концов, я получила от него долгожданный ответ: «Вы в команде». Оказалось, что Амос является легендарным фотоохотником и редким знатоком флоры и фауны как подводного, так и надводного мира. Он неоднократно возглавлял экспедиции Национального географического общества, спродюсировал огромное количество документальных фильмов для каналов Discovery, BBC, CNN, был лидером команды National Geographic. Его фотографии и очерки печатаются в сотнях изданий по всему миру. Он является победителем многочисленных конкурсов, более того, возглавляет жюри на различных авторитетных конкурсах фотографии. И помимо громадной акулы, ученый работает с белыми медведями, китами, касатками, морскими львами, хищными леопардовыми тюленями, анакондами и нильскими крокодилами. Но каждому столь «интимному» знакомству отводится свое время года и свое место.

Вы даже не представляете, какова была моя радость, когда Амос прислал мне программу-план своих путешествий на ближайший год!

Я решила не откладывать и приступила к подготовке приключения. Ученый сказал, что готов взять меня в интереснейшую поездку, но выдвинул требование: я должна уметь с легкостью собирать подводное снаряжение и чувствовать себя в нем под водой как рыба. Вот тебе на! Я не то, что под водой, я и на поверхности-то плавать не умею, а мои уши ни в какую не переносят попадания в них воды. Ничего, нужен ему сертификат PADI — значит, придется достать. И очень на руку, что через пару недель я отправляюсь на Фиджи.

Честно говоря, я не думала, что осуществить эту задачу будет настолько сложно. Для начала, водрузив на меня многокилограммовое оборудование, инструктор-иностранец скомандовал прыгать в воду. Он что, с ума сошел? Прыгать? Я верчусь с трудом! В довершение всего на глубине 7 метров он отнял у меня регулятор воздуха и, толком ничего не объяснив, потребовал вставить его снова. Ну и нахлебалась я воды, пока боролась за всплытие! 

В последующие дни мне пришлось преодолеть множество страхов, порезаться об острые кораллы и выпить не один литр соленой воды, прежде чем я научилась уверенно чувствовать себя среди разноцветных рыб. Теперь, когда в моем дайв-логе (дневник регистрации погружений сертифицированного дайвера — прим.) множество записей, я улыбаюсь, вспоминая о тех мучительных для меня днях. И сейчас я могу сказать абсолютно точно, что любое преодоление себя и своих страхов делает сильнее, закаляет силу воли и тренирует характер.

И вот я уже пакую чемоданы, чтобы побороть еще один страх в компании с глубокоуважаемым ученым, фотографом и просто самым отважным человеком их тех, кого я знаю — Амосом Нахумом. Мы собираемся заглянуть в глаза самому опасному для человека хищнику в мире — нильскому крокодилу! Поверьте мне, такое делали немногие, ведь мы погрузимся в естественную среду обитания хищника — в холодные воды африканской реки Окаванго, где-то очень далеко в Ботсване.

Правила, приложенные к письму-инструкции, гласят, что мне следует плыть рядом с Амосом на расстоянии не более двух метров от него. Необходим полный контроль плавучести и строгое соблюдение правил и норм дайвинга. Ни при каких обстоятельствах не допускается тактильный контакт с речным монстром. Необходимо привезти с собой все оборудование, которое позволит находиться в воде достаточно долго и чувствовать себя под надежной защитой.

Интересно, если я встречусь с гигантом, достигающим шести метров в длину и 900 кг в весе, уместно ли само понятие «чувствовать себя под надежной защитой»? Не думаю, что в этот момент у меня вообще возникнет хоть какая-либо мысль его потрогать! Следующий пункт: «Стробоскопические источники света и подсветка для видеосъемки рекомендуются к использованию на все время погружения. Вы будете настолько близко к хищнику, что увидите отражение света от блестящих глаз крокодила, его белоснежных зубов и т.д.».

Все это, конечно, очень смешно, если бы не было до жути страшно. Интересно, что они имели в виду под «и т. д.»? Что еще может отражать свет? Неужели тот, кого он недавно съел, тоже будет из-за крокодиловых зубов улыбаться? Нильских крокодилов не зря называют людоедами, ведь они живут в непосредственной близости от людских поселений и убивают сотни, а может, даже тысячи человек в год. Судя по последним исследованиям, атаки монстра происходят от 275 до 745 раз в год, и 63% из них становятся фатальными для человека. Таким образом, нильского крокодила можно считать наиболее плодовитым и опасным для человека хищником.

 

Метод работы

Амос работает с крокодилами только в зимние месяцы. В Африке зима приходится на июнь-июль. В это время температура воды составляет всего 14 градусов по Цельсию, и крокодилы предпочитают греться на солнышке. В этот период речные монстры менее активны, и тем самым облегчают нам задачу по их обнаружению.

Мы начнем операцию по поиску крокодилов в 9 утра. И как только настигнем цель — незамедлительно погрузимся в воду. На поверхности нельзя находиться дольше нескольких секунд, так как это зона повышенной опасности. Мы быстро опустимся на дно и начнем поиски самого агрессивного и наиболее приспособленного хищника в мире, способного убить все живое в месте своего обитания и обладающего уникальной хваткой среди всех животных и акул!

Надо сказать, что мы собираемся жить на крошечном островке, затерянном в акватории реки, в специально разбитом для нас палаточном лагере. И это уже является настоящим приключением, если учесть, что воды вокруг кишат не только крокодилами, но и бегемотами, а они, между прочим, тоже представляют серьезную опасность для человека. Мы собираемся продержаться на острове не менее восьми дней, в течение которых совершим чуть больше 30 погружений в холодные и недружелюбные воды Окаванго.

Ну что же, экспедиция по поиску самого большого африканского речного монстра начинается. Во что она выльется, вы узнаете совсем скоро!

А ведь все началось с простой нехватки тишины, свежего воздуха и небольшого томика, забытого на скамье среди прекрасных роз...

...Я пытаюсь зацепиться за дно, кисти полностью уходят в песок. Это помогает на пару секунд, но течение настолько сильное, что нас стремительно несет вниз по реке.Амос вновь и вновь втыкает монопод от GoPro в песок. Мы боремся из последних сил, чтобы удержаться на месте. Глубина около 8,5 метров, но позади нас черная бездна, кишащая гигантскими крокодилами. Я пытаюсь уворачивать лицо от летящего мусора, но течение с огромной скоростью несет все, что упало в воду ранее. Видимость всего несколько метров, я вижу только куски грязи, обломки веток, листья, мертвые стволы папируса, и в этой массе мы потеряли Уолтора. Он поднялся наверх, проверить нашу лодку, но мы упустили его из поля зрения. Я вижу, как нервничает Амос. Он старается прислушаться к шуму мотора, но все, что мы слышим, это только гул реки. Он то смотрит наверх в надежде увидеть дно лодки, то заглядывает мне в глаза, как-то особо мягко, по-отцовски, пытаясь меня успокоить. Я, видя, как он старается, пытаюсь в ответ держаться за дно и за него изо всех сил. Я не понимаю — как-то очень странно: я не испытываю животного страха, как в принципе, должна бы. Это всего лишь третье мое погружение, а мы уже попали в капкан. А как все прекрасно начиналось!

20 часов назад
Мы встретили в Намибии Лису, именно ту Лису, которая уже много лет организовывала для меня Африку. Я всегда знала: пока Лиса ведет меня от города до города изо дня в день — я в полной безопасности, со мной ничего не случится, она всегда в курсе всех событий, а связи и количество знакомых этой хрупкой женщины не перестают меня удивлять. У нее все под контролем и на самом высоком уровне. И в этой опасной поездке она решила меня сопровождается лично.

1 час 30 минут занял весь путь до Ботсваны. Маленькая взлетная полоса на краю мира, и какого было мое удивление, когда я увидела посреди поля работника таможни. Мы проходим паспортный контроль прямо там. Это еще раз подтверждает, что Лиса может все. Я улыбаюсь, думая об этом. Нас встречает Грег, он и является организатором нашего спонтанного лагеря. Мы прыгаем в его машину и держим путь в сторону временного дома. На дорогу то и дело выскакивают коровы, ослы, козы. Ему приходится проявлять мастерство вождения, избегая столкновения. Со слов Грега, в этом месте большинство автокатастроф происходит при участии домашнего скота. И будто в подтверждении его слов на реке нас встречает хромой Тио. Черный мужчина, крупной комплекции, на костылях. Два дня назад, возвращаясь домой, он налетел на большого быка. Машина вдребезги, и как результат — раскуроченная нога. Но он молодец, держится более чем храбро, потому что даже два дня спустя его раны выглядят страшно. Тио будет частью нашей команды в ближайшие дни, и от его внимания будут зависеть наши жизни. Черный мужчина — специалист по поведению крокодилов и наш шкипер. В его обязанности входит следить за пузырями на воде, когда мы на дне, и он должен всегда знать точное место, где мы будем всплывать. Потому что после всплытия на поверхность у нас будет только несколько секунд, пока крокодил нас не обнаружит, и это и есть «мертвая зона». Этот монстр атакует только на поверхности, он, как и человек, не любит, когда вода попадает ему в пасть, да и под водой его зрение намного слабее. Так что самое безопасное место в реке — быть на дне.



Лагерь. Наш палаточный городок базируется на острове. Мы окружены водой, попасть сюда можно только на лодке, и это занимает минимум 50 минут. Вокруг только вода, крокодилы и гиппопотамы. Еще мы иногда слышим слонов, но ни разу их не видели. На острове нас встречают Уолтер и Франсуа. Уолтер — очень симпатичный мужчина примерно 65 лет, крепкого телосложения, с огромным крюком на шее. Его доброе и обаятельное лицо мгновенно располагает. Он бесконечно шутит и ведет себя, как юнец, только иногда по его отрешенному виду я могу понять, что у него был долгий и сложный жизненный путь. Уолтер — важная часть нашей команды, я и Амос ныряем в связке с ним. И вообще он один из самых отважных и храбрых дайверов, которых я только знала. Он плавает без какой-либо защиты со всеми крупными акулами, китами и крокодилами. И тот самый крюк, который он носит на шее, он собственноручно вытащил из нижней челюсти акулы, тем самым избавив ее от жуткого дискомфорта. Большинство документальных фильмов про опасных животных в прибрежных водах Южной Африки были сняты при участии или помощи Уолтера. И теперь выпала честь и мне познакомиться с ним. Франсуа. Ох уж этот Франсуа-Леру, несомненно, самый веселый в мире лицензированный парамедик! Он проделал 3 дня пути из Южной Африки в Ботсвану, чтобы привезти все медикаменты, которые могут быть необходимы при случае. Ему 33 года, жизнерадостный молодой человек. Он всегда в хорошем настроении и бесконечно шутит. И так с улыбкой и с песнями мы едем на самое опасное приключение, которое когда-либо было и когда-либо будет в моей жизни!

День 1
Распорядок дня очень прост. Ранний подъем, завтрак в 7 утра. В 8.30 мы быстро надеваем костюмы для подводного плавания, проверяем оборудование и спешно покидаем лагерь для того, чтобы начать наши поиски 5-долларого Боба или жирного Альберта. Так ребята, любя, называют гигантских размеров большебрюхих крокодилов. От хвоста до носа 4-6 метров в длину. Это, без сомнения, и есть речные монстры!

Вскоре после прибытия на остров мы отправляется ознакомиться с акваторией реки, и тут же я должна со стороны понаблюдать, как происходит вспылите и погружение. Сегодня пробный заплыв совершают Амос, Уолтер и Франсуа. Удивительно, что наш доктор является еще и инструктором по дайвингу и более 7-ми лет работает с Уолтером в Дурбане, показывая храбрым туристам тигровых акул. В подтверждении этого молодой человек предъявляет мне свои шрамы. Я проникаюсь уважением к нему.


Амос. Про него я могу рассказывать бесконечно. Сложно передать, какое уважение вызывает бесстрашие этого человека. Он легенда и, несомненно, герой наших дней. Для меня знать его лично и иметь возможность поучиться и поработать рядом с ним — большая честь. На протяжении всей своей жизни этот человек страстно увлечен тем, что он делает, будь то наблюдение за животными или просто документальные фотографии с поля боя. Я даже представить себе не могу, где предел его храбрости и отваги. Амос служил в войсках специального назначения, именно там он впервые стал делать фотографии, тем самым развлекая друзей. Затем была работа военного корреспондента на Associated Press (в том числе — в студии) и съемки американских селебрети, а призвание свое он нашел, взаимодействуя с природой, а именно — работая с крупными хищниками. Более 20 лет он провел, путешествуя по миру. В его плотном графике нет ни одной свободной недели. А география мест, куда он был командирован, удивляет даже больше того, чем он занимается. Он снимал в естественной среде обитания белых медведей, китов, касаток, крокодилов, больших белых акул, леопардовых морских котиков. Историей всей своей жизни он доказывает, что животные не опаснее людей, но при работе с любыми из них надо точно знать их повадки и следовать четким правилам поведения. Невозможно диктовать свои правила в чужом доме, так и с природой, где порой ошибка и пренебрежение может стоить жизни.


День 2
Ранний подъем. Только начало светать. Жуткий холод, около +5С. И это в Африке, в июле месяце! Тонкая шелковая пижама совсем не греет. Но под пуховым одеялом заботливо положенная грелка все еще хранит тепло. Каждое утро я безмерно благодарна Лисе за настоящую кровать, специально доставленную для меня на остров. Я не просила особых условий и была настроена на сон в спальнике, но была приятно удивлена, увидев кровать в моей палатке. И теперь каждое холодное утро я не переставала восхищаться находчивостью Лисы.

7.00 утра. Завтрак. Сидя у тлеющего костра с тарелкой в руках, с опаской смотрю в сторону реки. Над ней, словно дым, стоит облако из пара. В это время года температура воды намного превышает температуру воздуха. А ведь где-то в этом тумане прячутся огромные твари. Сегодня мне предстоит с ними встретиться, и если очень повезет, то достаточно близко. При мысли об этом у меня бегут мурашки по кожи. Амос, словно уловив мое настроение, ободряюще похлопываем меня по плечу.

Итак, все готово: снаряжение для подводного плавания, фототехника, личные вещи. Начинаем движение. План таков: найти неглубокое, спокойное русло и проверить мои способности. Только потом, если я сдам экзамен на пять, меня допустят до серьезной глубины, и там уже каждый будет сам отвечать за свою жизнь. Вот он момент «Икс», к которому я готовилась столько месяцев.


Я успешно сдаю экзамен, выдержав проверку холодом и течением. Мои наставники меня поздравляют. Даже не понятно, кто из нас более счастлив: я или они. Как потом признается Амос, мужчины боялись, что под водой, учитывая мой небольшой опыт, я стану явной обузой. В мокрых костюмах, даже не снимая ласты, мы направляемся в сторону главного канала. Как же холодно! Мой костюм полон ледяной воды, поверх него я натянула куртку для горнолыжного катания и шапку, но все без толку: от холода меня трясет, как осиновый лист на ветру. И это чувство страшного холода будет сопровождать меня вплоть до последнего дайвинга, здесь, на Окаванго.

По пути нам попадаются небольшие крокодилы, в районе 2-3 метров, но нам они не подходят. Наша цель — крупный жирный «Боб». И мы примерно знаем место, где как раз один из таких любит отдыхать. И вот везение — он как раз «дома»! Правда, увидев нас, рептилия быстро сползает в воду. Но мы не теряем время, мгновенно натягиваем оборудование, маски и на счет «три» одновременно падаем в воду. Вот эти секунды для меня самые страшные. Мы должны камнем падать на дно, а порой глубина достигает 10-13 метров. Уши страшно закладывает, сердце стучит, словно хочет выскочить из груди и вернуться обратно на лодку, в тепло и безопасность. Достигнув предела глубины, мы плотно прижимаемся ко дну. Первый по течению плывет Амос, далее мы с Уолтером. Видимость очень скудная: время от времени — не более метра. Да и течение несет мусор прямо в лицо. Дно чаще всего покрыто глиной. В таких условиях разглядеть крокодила, даже если он и обладает гигантскими размерами, порядка 5-ти метров, совершенно невозможно. Каждый холм грязи, выступающий из темноты мутных вод, напоминает мне рептилию. Я постоянно оглядываюсь. Меня не покидает чувство, что в то время, когда мы его ищем, он уже нашел нас и следует за нами. И вот удача, прямо с первого раза мы находим крокодила, и лежит он на песчаном островке среди глины. Мы подплыли достаточно близко, я всего в метре от него. Начинаю цепляться за дно, пытаясь затормозить движение — менее всего на свете я бы хотела в него врезаться. Но Уолтер предательски подталкивает меня вперед. Крокодил, почувствовав возню, срывается с места и уходит во тьму. Эх, досада! По правилам, мы не преследуем беглецов, а сразу же начинаем движение на поверхность, и это еще более страшно, нежели погружение. По договоренности между нами первым всегда всплывает Уолтер. Он проверяет наличие лодки, подает сигнал, а потом возвращается на дно. Затем мужчины помогают мне расстегнуть БСД (жилет), да так, что он остается висеть только на одном плече, проверяют, чтобы в нем не осталось ни капли воздуха. И в таком состоянии я начинаю всплытие на поверхность. Вот это и есть момент ужаса, когда твоя жизнь зависит только от скорости выхода из воды и четкого контроля эмоций. Сколько раз после я всплывала и видела, что лодку уже унесло течением. И в такие моменты, по инструкции необходимо незамедлительно вернуться на дно. А какой же всегда был соблазн: изо всех сил грести в сторону лодки или берега, и это и мог бы быть мой последний заплыв, потому что хищник все еще был в воде и с точностью на 98 процентов рядом. Эти рептилии очень привязаны к своим местам. И впоследствии я не раз в этом буду убеждаться.

Я не успеваю прийти в себя от пережитого ужаса и хоть на градус обогреть заледеневшее тело, а мы уже снова начинаем поиски. Не проходит и 10 минут, как крупная удача снова греется на солнце в 5 метрах от нас. Работает та же схема: крокодил, увидев нас, нехотя сползает в воду. Мы с олимпийской скоростью натягиваем оборудование и прыгаем вслед за ним. Вот черт, у меня слетает маска, я хлебаю носом воду. Опять чувство ужаса, но я молниеносно беру себя в руки. Не время паниковать, надо незамедлительно падать на дно, ведь Амос и Уолтер уже там, а лодку унесло течением. В этот раз поток намного сильнее и вода более мутная. Я с трудом различают мужчин. Наконец-то я рядом, могу немного расслабиться, но от пережитого ужаса я жадно хватаю ртом воздух, начинаю задыхаться, и снова приходится бороться с самой собой. Амос видит, что у меня что-то происходит, берет меня за руку и жестом показывает смотреть ему в глаза. Я вижу его мягкий добрый взгляд, и спокойствие, словно волной, расплывается по телу. Я успокаиваюсь. Течение быстрое, нас стремительно несет вниз. Мы принимаем решение всплывать, но глубина — более 12 метров. Время на продувание ушей нет. Ситуация очень опасная, учитывая, что Уолтер уже скрылся из виду, а дно лодки в данных условиях мы не видим. Амос снова и снова втыкает монопод от GoPro в песок, но течение слишком сильное. Спустя 10 минут мы принимает решение подниматься на поверхность. Он помогает мне расстегнуть BCD, проверяет отсутствие воздуха, и на мгновение наши взгляды встречаются, он берет меня за руку, сжимает. Я чувствую, как он боится за меня, да и ситуация действительно опасная, но в этот раз я не боюсь. То ли я уже устала бояться, то ли чувство безысходности меня накрыло с головой, а может и вовсе чувство самосохранение взяло верх. Я отправляются наверх быстро и стремительно, понимая, что шанса на возвращение нет. Ведь в случае неудачи на дне я буду уже одна.

    

Они приехали на пару недель позже, после того, как уехал Амос. Уже изначально было выбрано неправильное время года. Да и количество участников превышало пять человек. И когда такая огромная группа окружила под водой крупного самца, он в панике атаковал одного из дайверов. Один из очевидцев смог отбить горе-туриста. Тот конечно, выжил, но до сих пор работает по восстановлению конечности. Здесь действует правило — не более 3 человек одновременно. Два страхуют, один работает с рептилий. И всегда нужно давать животному возможность для отхода, ни в коем случае не лишать его собственного пространства, тем самым не провоцируя защищаться. Я все это хорошо понимаю, но, тем не менее, чем дальше мы идем, тем мне более не по себе. С каждым днем я все сильнее осознаю, какое опасное путешествие я для себя организовала. Чувство тревоги нарастает, и мне действительно безумно страшно каждый раз, когда кто-то начинает отсчет, который неизбежно ведет меня в пучину мутной воды, где я совершенно не могу контролировать ситуацию. Для всех очевидно, что мы вторгаемся в мир, который принадлежит крокодилам, и в этих условиях мы совершенно беспомощны. Мы уже пятый день рискуем своими жизнями в поисках самого огромного крокодила, но каждый раз, когда опускаемся на дно, меня не покидает чувство, что он уже нашел нас. Сегодня особенно страшно. Все утро меня мутит, совершенно нет аппетита. Из последних сил я оттягиваю время, когда придется натянуть костюм для дайвинга, приготовить все снаряжение, и, погрузив все на лодку, начать путешествие в поисках того, что легко может забрать любого из нас. Большую часть пути мы не разговариваем друг с другом. Каждый проводит это время в своих мыслях, лишь изредка мы встречается глазами, и я понимаю, что в принципе все тревожатся об одном и том же, только мотивация разная. Я так и не могу понять для себя, зачем я это делаю, это уже не круто или весело, но отступиться в силу своего характера я не могу.

Вроде все как обычно, но сегодня мое тело содрогается при мысли, что я снова и снова буду прыгать в ледяную воду в непосредственной близости от огромных крокодилов. От холода организм испытывает шок. Ребята уже набили карманы моего BCD грузами, в руках у меня тяжелая камера с не менее тяжелым защитным боксом, но мне все равно не легко сразу же попасть на дно. И только там я могу вздохнуть с облегчением. Здесь относительно безопасно. Несмотря на течение, мы можем спокойно осмотреться и начать поиски крокодила. Как правило, каждый самец обитает на своей территории. Сейчас в Ботсване зима, и животное предпочитает находиться на поверхности, как можно ближе к солнцу. В этот холодный месяц вода и для него становится чрезвычайно холодной. Нильские крокодилы — очень стеснительные и пугливые животные, услышав мотор лодки, немедленно уходят в воду. И, как правило, остаются недалеко от своего излюбленного места на солнышке, так что нам не сложно отыскать рептилию под водой в нише из глины или в стволах папируса. Под водой крокодил видит плохо, в основном полагается на сенсоры, находящиеся на его морде. И если не прикасаться к этой зубастой части, то можно провести с ним достаточно много времени, чтобы рассмотреть его и сфотографировать. Уолтер и Амос даже рискуют подержаться за его хвост, я не могу. Огромный хвост размером со всю меня пугает не менее, чем его знаменитая улыбка.

Сегодня мы погрузились уже 4 раза, но все безуспешно. Крокодилы все время от нас ускользают, как назло мы их находим в тех местах, где дно покрыто черной глиной, и при любом взмахе ласт видимость становиться практически равна нулю. В такие моменты мне особенно страшно всплывать на поверхность. Мы практически не можем его видеть и четко не знаем, в каком он месте. Здесь тоже есть свое правило. Мы не всплываем рядом с берегом, так как это зона, которую крокодил охраняет, и в это время года они стараются быть ближе к суше, чтобы как можно скорее оказаться снова в тепле. Таким образом, мы отплываем на середину реки, нам приходится уже на дне полностью расстегнуть жилет, так, что иногда он держишься только при помощи регулятора воздуха во рту. Затем пулей нужно всплыть на поверхность, мгновенно избавиться от жилета и запрыгнуть в лодку. Как часто за эти дни я всплывала вдали от лодки! В такие моменты мною овладевали отчаяние и жуткий страх. Ведь крокодил не нападет на дне, своих жертв он как раз отлавливает на поверхности.

Каждый раз, оказавшись на лодке, благодаришь Бога за благополучное погружение и всплытие. Но сегодня мне настолько страшно, что я уже не могу бороться с холодом и отказываюсь погружаться в пятый раз. И как назло мы снова встречаем крокодила. В этот раз он находится в своеобразной лагуне, которую, несомненно, считает только своим домом. Такие места очень опасны для дайверов. Да и крокодил всего лишь 3 метра длиной, что означает, что он достаточно молод и непредсказуем. Амос начинает меня уговаривать погрузиться снова, в последний раз на сегодня. И я уже было соглашаюсь, но какое-то внутреннее чувство, возможно, то самое, которое и называют «шестым», не дает мне сделать шаг. Я извинюсь, расстроенная своей трусостью. Амос и Уолтер решают идти без меня. Несколько минут они обговаривают, кто и как должен действовать, ведь ситуация сложная. Они решают находиться по обе стороны от входа в лагуну, чтобы не нарушить территориальную неприкосновенности крокодила. Погружаются в воду, но всплеск привлек внимание рептилии: она стремительно плывет к выходу из лагуны. И тут мы с ужасом замечаем, что Амос пренебрег правилами и плывет прямо по направлению к крокодилу. Одно мгновение мы видим, как бурлит вода, и происходит какое-то действие. Вода становится мутная. Мы замираем от страха, один только парамедик Франсуа вглядывается в глубину с надеждой, что ему не придется сегодня применить свои знания.

В течение нескольких минут под водой происходит борьба, теперь мы все это четко понимаем. Сердце колотится с бешеной скоростью. Я не верю своим глазам. Это не должно было случиться. Проходят долгие 15 минут, и на поверхности появляются Уолтер и Амос. Слава Богу, целые и невредимые. Оказалось, что крокодил, пытаясь атаковать пловцов, промахнулся и вцепился в монопод, таким образом, отхватив GoPro. Два следующих дня мы ныряли в окрестностях в поисках этой злополучной камеры, но она исчезла с концами, видимо крокодил ее, как в стихах Корнея Чуковского, вместе с солнцем проглотил.

Вообще, надо сказать, что это был единственный случай попытки речного монстра атаковать нас. Но в этом случае это была наша вина. Мы сами же нарушили правила, которые установили: никогда не заплывать в лагуну, где достаточно мелко, что создает все условия для нападения.

Оставшиеся дни прошли без каких-либо эксцессов, мы все так же совершали по 5 дайвингов в день, а вечерами развлекались тем, что ловили небольших крокодилов, чтобы поснимать их и отпустить обратно на свободу.

Послесловие

Итак, мы достигли своей цели: осуществили более 25 погружений в ледяные воды Окаванго. Все эти дни я боролась с чувством холода, страха, с проблемами с ушами и с самой собой. На третий день поездки я очень неудачно опустилась на дно. Резкая боль сдавила мои уши, а затем поразила виски и лобную часть. Боль была настолько сильная, что слезы выступили из глаз. Я дала знак Уолтору, что у меня проблема с давлением в ушах. Я снова и снова пыталась продуть их, но все было безуспешно. Мне мучительно и просто необходимо было подняться хотя бы на метр вверх. Но крокодил был рядом, и неверное движение стоило бы мне жизни. Уолтер боролся между здравым смыслом и жалостью к моим страданиям. Но принял решение держать меня на дне до тех пор, пока крокодил не уйдет по течению вниз. Эти минуты показались для меня вечностью, наполненной страшной болью. Следующие два дня я боролось не только с болью в ушах, но и подумывала о невозвращении в воду, тем более что крокодилов я уже видела. И тогда пришел на помощь доктор Франсуа, который сумел подобрать правильные слова, сказав: «Ты знаешь, сколько людей побывало на вершине Эвереста? Более тысячи. А сколько людей смогло перебороть страх и опуститься в воду с Нильским крокодилом? Не более двух десятков! Из них ни одна женщина не отважилась на это. А ты сделала, да так храбро, что я бы никогда и не понял бы, что впервые. Знаешь, сколько мужчин приезжало сюда, и, воочию увидев действительный размер рептилий, отказывались идти в воду. А ты это сделала. Ты приехала бороться со страхами. Так и борись, а иначе всю жизнь ты будешь сдаваться на полпути. Тем более ты не одна. С тобой Уолтер. А я ему доверяю, как родному отцу». Каким же важными и нужными оказались его слова! И я очень ценю его за это. Он не дал мне сдаться, я заслужила уважение в глазах мужчин и в глазах самой себя. Умение вовремя собраться — необходимый навык. Жизнь бывает разная, и порой встреча с крокодилами — это всего лишь милая прогулка под водой.

Но я должна сказать, что не только чувство страха сопровождало меня всю эту поездку. Это были незабываемые вечера, наполненные смехом и бесконечными жизненными историями у лучшего в дикой природе «телевизора» — костра! Это были многочисленные рыбалки и кормления орлов свежепойманной рыбой. Ежедневные пикники прямо посреди реки. А иногда мы пришвартовывались к суше, и тут порой нас поджидали сюрпризы в виде огромных гиппопотамов. А еще было бескрайнее звездное небо, наполненное «стонами» брачующихся лягушек, которые, чтобы увлечь друг друга, издавали какой-то чарующий звук, напоминающий звон — то колокольчиков, то хрустальных бокалов. А сколько падающих звезд за эти дни пролетело мимо нашего лагеря! Сколько же раз я загадала вернуться туда снова, с той же самой компанией, в то же самое место на будущий год, чтобы снова испытать себя и встретиться наедине с Речным монстром!